Вторник , Май 21 2019
Домой / Другие ХХХ / 4ЕТЫРЁХУГОЛЬНИК

4ЕТЫРЁХУГОЛЬНИК

Ну, все как в том бородатом анекдоте и было, один в один, ё-моё, бля!

Вернулся я с рейса на день раньше. С пирса друг на тачке докинул. Трезвоню, трезвоню в дверь — никто не отпирает. Пришлось баул армейский с плеча скинуть, свои ключи искать, которые чуть ли не на самом дне!

Отпираю я дверь, в квартире тишина, слышу лишь — в душе вода шумит — моя значить моется, а в прихожей кроссовки чужие, ну явно не мои, факт, бля!

Ну, я мужик спокойный, с пониманием. Знаю, если любовник, то только в шкафу или в душе. Больше у меня дома прятаться негде, и с балкона не сиганешь — 17й этаж, нах!

Я так, это, невозмутимо створки шкафчика раздвигаю: стоит, пассажир, бля, в чем мать родила, за трубу держится.

— Чё, — говорю, — тут делаешь?

— В трамвае еду! Не видишь?

А пассажир-то юмором! Это я сразу, оценил.

— Ну вылазь, — говорю, — приехали. Конечная. Срам, на — прикрой, нечего передо мной своим аршинным хером-то размахивать. — Полотенце ему протянул. Он взял, сам вид делает, что спокоен, под контролем все держит, но сам-то напряжен, это я сразу почуял. Подвоха ждет — когда исподтишка удар нанесу. Да только я мужик добродушный, хоть и рожа у меня соответствует школьному прозвищу — Бармалей. Меня еще после армии Валуевым пытались звать — да не прилипло!

— Пойдём, — говорю, — в кухню, пассажир, чачу пить будем, мне пацаны с Абхазии пять литров привезли. Там и потолкуем, что почем.

Сел он напротив меня. Я по стаканам разлил виноградный самогон. По первой вздрогнули. Выпил — не поморщился, норм, бля!

Он сидит, меня глазами буравит, я его. Нервничает, желваки ходят, мышцами на сиськах подергивает, а фигура у него красивая, мышцы накачанные, рельефные, немудрено, нах, что моя барби под него легла. Татуировки скандинавские на бицепсах. На запястье массивный золотой браслет. Не бедный мальчонка. Сидит, кулачищи сжал, кольцо обручальное на правой руке, а вот это уже интересненько, бля, женатик чтоль, или так, для фарсу нацепил?

Я по второй разлил. Губы пожевал да и опрокинул молча. Он за мной повторил.

— Давно с Ленкой у вас это?

— Порядочно.

— Нравится тебе?

— Нравится!

— Любишь ее?

— Не знаю. Возможно.

— Так женись тогда.

— Она не захочет. Тебя любит.

— Ага! Любит! Только отчего ж под тебя легла, в рейс часто хожу?

— Да, от этого! Одиноко ей.

— А тебе твоя жена чем не устраивает?

— Не люблю ее.

— Разведись?

— Зачем?

— Хм, — я задумался, запустив пятерню в короткий ежик волос. — Ну что ж, коли так, тогда теперь вдвоем мою жену любить будем! Ты ж не против? Тебе она нравится, ты ей, видимо, тоже. Я же не бессердечная скотина, счастию Вашему мешать, однако по закону и мне свой хер в ее дырку засунуть положено. Как тебе такой расклад, а?

Он промолчал, только желваки ходят.

— Молчишь? Ну, наливай тогда, и Ленке плесни, для страсти, — я поставил на стол еще один стакан, — а я пойду ее потороплю, а то моется что-то долго!

Я встал и пошел в ванную. Постучал легонько в дверь, вода уже не шумела.

— Лен? Выходи! Не бойся! Я с твоим приятелем потолковал уже.

Тут же щелкнул замок, и показалась испуганная смазливая мордашка моей куколки. Светло-платиновые кудри свисают до плеч (сухие, и не мочила даже), глазищи голубые блестят, того и гляди слезы из них нахлынут, что в твоем аниме, бля, ресницы длинные хлопают, губки — а-ля Анжелина Джоли — дрожат, ну не обошлось и без силикона или ботекса, я хер поймешь эти тонкости, захотелось ей, вот и накачала, а я и не против был, бабла только отвалил, всё ж для нее, родимой! Над губой мушка, как у Мадонны, но это у нее своя, пятнышко родимое — родовое.

— Ты меня простишь? — пропищала тоненьким голоском.

— Да я и не сержусь! Я ж мужик с пониманием! Знаю, что без секса долго невмоготу. Пойдем, выпьем, обсудим сложившуюся политическую обстановку!

Она неуверенно пошла на кухню, в наспех накинутом на еще мокрое голое тело шелковом халате. Я плелся следом, облизывая ее фигурку. Что тут скажешь? В голове у ней ума очень мало — типичная «блондинка» (не в обиду сказано женщинам со светлыми волосами), ну хоть жрать варить умеет и то хорошо, а вот фигурка, это высший пилотаж. Я ж на ней пять лет назад потому и женился. Привык, чтоб у меня все самое лучшее было. Контракт когда на тихоокеанском флоте боцманом отслужил, приехал в город родной, и сразу на танцы, а там она, такааая соска, и сопляки вокруг нее крутятся! Ну, пришлось шпану разогнать, а она говорит «Зачем, мол, моих одноклассников обижаете?». Говорю «А сколько лет-то тебе?». Отвечает — «Восемнадцать… будет… скоро… через три месяца». Ну я ее и закадрил, рестораны, цветы, машины, золото, бля! При деньгах был! Ей только 18 стукнуло, свадьбу сыграли, мне-то уж за 30 было, пора остепениться. Меня, правда, отговаривали, не женись, мол, да только куда там. Как ее фигурку, да мордашку увидел, так обо всем на свете и забыл. Влюбился, бля! Так-то вот. Такая, нах, история!

Ленка села за стол с боку, между нами, но я покачал головой.

— Ты вон к нему на коленочки сядь, милуйся, чего уж, а я погляжу, по-настоящему это или нет?

— Стас, не надо…

— Делай, что велю! — я посмотрел в упор взглядом, который лучше не ослушиваться, и Ленка послушно пошла к своему молодому любовнику.

А знаешь, бля, заманчиво наблюдать, когда твою бабу при тебе чужой мужик лапает, особенно когда ты догадываешься или знаешь, что она тебе изменяет. У меня аж хер в шортах напрягся, когда она к нему подошла.

Пассажир-то этот стушевался вначале, но она чуть не силой к нему на колени влезла, да еще и за шею обняла. Приняла правила Моей игры, сучечка!

— Ну дак и выпить надо бы, а ты, Дорогая, хоть бы познакомила нас.

— Стас, это Андрей. Андрей, это Стас, — процедила негромко сквозь зубы.

— Ну, Андрей, держи хер бодрей! — подмигнул я ему. — Будь здоров, бродяга! — Я выпил. Чача уже приятно пьянила, хотя чтоб основательно захмелеть мне нужно не один литр осилить!

Смотрю и пассажир наш расслабился, хмель и по нему растекся, да и ощутил, бродяга, что нет от меня никакой опасности, по крайней мере, на этот раз — нет.

— Придумал! — я так задорно херакнул кулаком по столу, что моя чуть с любовника не свалилась! — А ну давай, Андрюха на руках бороться! Армрэстл, бля. Кто победит, тот первым нашу красотку трахать будет! Согласен?

Гость наш немногословный оказался, промолчал. Но раз не отказался, бля, значить — согласен.

Я встал, стол поперек кухни развернул.

— А меня вы спросить не хотите? — это вдруг моя голосок подала.

— А чего тебя спрашивать? Ты свой выбор сделала! Баба или дает или не дает. А мужик или берет или не берет. И никак иначе, бля! Точка! Не нами так заведено. Ты нам обоим дала? Значить теперь и взять каждый может по праву! Вот только с очередностью разберемся! А ты, пока за́куси хоть настругай! У тебя вообще-то муж с рейса вернулся, голодный наверное, а?

Моя психанула, с любовника соскочила, к столешнице посеменила, губки надувши. Стоит что-то нарезает. Подхожу, халат на ягодицах задрал,

— Смотри, — говорю, — Андрюха! Срака — высший класс, а? Уважаю твой вкус и выбор. — Приложился легонько по ягодице ладошкой (упрррругая, бля!), даже и без замаха, но шлепок смачный получился, и красная пятерня на белой коже осталась!

Не, ты не подумай, что я садист какой, я жену никогда и пальцем не тронул, да и нравится ей, когда я по попке ее шлепаю, ну просто рука у меня тяжелая, что ж теперь…

Я бутылку и стаканы со стола убрал. Сам за стол сел поудобнее. Локоть в столешку упер, пальцы растопырил. Противник мой подобрался, тоже поудобнее сел, локоть воткнул на расстоянии, тоже пятерню растопырил, взгляд хмельной, но не размытый в меня вперил. Я впервые лицо его получше рассмотрел, смотрю бровь со шрамом, ухо поломано.
— Боксер?

— Боксер. КМС.

— А я греко-римской 8 лет…

Мы сцепили пальцы.

— Готов?

— Готов.

— Ну, поехали, нах!

Он сразу пошел в наступление, рассчитывая только на силу. Сразу видно, молодой, бля, импульсивный. Моя рука под его давлением переместилась на 13 часов, да там и замерла. Он еще поднажал, а я просто упирался, выжидая, когда силы у него иссякнут и давление начнет слабнуть. Мышцы на ручищах и плечах взбугрились, вздулись вены, по переносице поползла капля пота. Сильный попался, чертяга, но я ж не зазаря чемпион Тихоокеанскго флота по армрестлингу 1995 года. Секунд через тридцать-сорок борьбы он позиции сдал и я аккуратно, без театральных рывков дожал его как рычаг и аккуратно прислонил тыльной стороной ладони к столу.

— Извини, братан, распечатывать девочку сегодня мне!

Он ухмыльнулся, я так и не понял — то ли тоже мои правила принял, толи затеял что, но я молча встал и пузо почесав в душ направился. Там одежду грязную скинул, ополоснулся под душем по-быстрому, полотенцем капли смахнул и надев одни шорты вышел из ванной. Моя к тому времени что-то нажарила, настругала — пахло обалденно, у меня аж в животе, бля, заурчало. Но жратва дело второе. Я, н-нах, всегда, когда с рейса возвращаюсь, сразу, чуть ли не с порога своей по самые яйца засаживаю ибо плотский голод меня острее точит, чем желудочный!

Ну, гляжу, пассажир где сидел, там и сидит, не капитулировал, пока возможность была. Что ж тогда всю партию по моим правилам доиграем!

На стол накрыто. Моя у кухонной панели стоит, глазки в пол потупила, поясок у халатика теребит. Пассажир тоже молча сидит, кулачищи свои изучает.

Прям агнецы, перед этим, ну как его… а, хер с ним. Я, бля, сразу в атаку, к Ленке подошел пятерню в волосы, к себе притянул и взасос. Знаешь, есть что то этих губищах накачанных. Я ей язык в рот, она мне, сама постанывает, а я ей уже буфера наминаю под халатом, вот грудь-троечка, надо сказать, у нее своя, ничем не накачана, и стоит как у подростка!… У меня конец уж вздыбился, в ляжки ей упирается. Я усилием воли отлип от нее да за собой потянул. Сам на табурет плюхнулся, а ее так ненавязчиво пониже потянул, чтоб передо мной на колени села. Шорты расстегнул, хрен достал, ну думаю в данной ситуации жест вовсе не двусмысленный. Моя девочка — послушная, губками его посмаковала, да и в рот погрузила. Я аж зажмурился от удовольствия. А потом глаза открываю, а на нас пассажир таращится глазами охреневшими. Я и забыл про него и знаешь, ощутил некий кайф дополнительный от того что во время интима кто-то рядом находится. А моя старается, наяривает, головку причмокивает, что гость наш аж заерзал от нетерпения.

— Наливай, — говорю, — пока, Андрюха! Выпьем. Потом не до того будет.

Мы чокнулись, выпили. Я баклажаном жареным закусил — моя его кружками нарезает, обжаривает и с майонезом — ммм, закачаешься.

Потом свою за волосы мягко отстранил, и жестом приподняться попросил. Поднялся сам с табурета, развернул ее к себе спиной и перед Андрюхой халат распахнул. Моя было дернулась прикрыться, но я ее руки перехватил.

— Чего ты, — говорю, — застеснялась? Все свои.

Андрюха смотрю, ее прям глазам ест. Оно-то, тело ее ему конечно уж не в новинку, но зато ТАК ее ему еще никто не показывал. Я перед гостем нашим ей немного сиськи помял, соски потеребил (у моей аж колени затряслись), да два пальца в промежность сунул, а она мокрая там как сука.

Ну я одним движением с нее халат сдернул, раком у стола загнул и вошел в нее рывком — только и ойкнула!! Она же локтями о стол уперлась и покачивается в полуметре от любовника своего, а он и глядеть куда не знает, то на титьки ее раскачивающиеся, то на мордашку блядскую (а она у ней всегда такая, когда поршень в ней ходит). Ну, я парня пожалел.

— Возьми в ротик у него, чего парня мучаешь? Андрюха, доставай, присоединяйся, чего как не родной то? Уж наверняка не раз ей за щечку-то давал, а Лен?

Она ответила, что-то нечленораздельное, так я переспросил.

— Что говоришь?

— Дава-ал!

— Не раз?

— Н-нет. Не ра-аз! Ммммм. Стас. Поглубже. А-аа-х!

— Глотала у него?

— Д-да-а!

Странная ситуация, но она меня еще больше распаляла и возбуждала именно на секс, а не на конфликт.

Тут уже и жена моя инициативу проявила, протянула руку и ухватив Андрея за полотенце, обмотанное вокруг пояса потянула к себе. Он повиновался и поднялся с табурета. порно рассказы Моя тут же стянула с него полотенце и перед ее смазливой мордашкой замаячила немаленькая такая балда с раздвоенным шариком головки. Лобок и яйца у него были побриты и конец, увитый венами внушительно поднимался, подрагивая, над животом, покрытым рельефными кубиками пресса.

Моя, как ни в чем не бывало взяла его в руку, плюнув на головку ласково подрочила привычным движением и тут же взяла глубоко в рот.

От произошедшего секундная вспышка ярости залила мои глаза кровью, и я уже хотел перевести руки с ее бедер на шею и свернуть ее, но тут мою благоверную накрыл мощный оргазм и она очень сильно сжала мышцами влагалища мой член внутри себя, от чего ярость тут же сменилась моим собственным оргазмом и я кончил почти одновременно с ней. Отстрелявшись, я вынул член, и за ним следом из Ленкиной дырки тут же потек поток спермы: часть брызнуло ей на бедра и потекло вниз к коленям, а часть вытекло на подставленную мной ладонь, и я размазал ее по упругой попке жены, после чего сел отдышаться, а Ленка, уже придя в себя от оргазма продолжала делать минет Андрею, опираясь животом и локтями о стол.

На меня вдруг накатилась неимоверная усталость, я прислонился разгорячённой спиной и затылком к прохладной стенке и прикрыл глаза. Спустя несколько секунд, ощутив, что засыпаю, с силой глаза расцепил и разлив по рюмками чачу выпил не чокаясь, Андрюхе все равно не до этого сейчас было, стоял глазки закатывал, но то и немудрено, моя сучка силиконовыми губками весьма качественный минет делает.

— Я, ребята, спать пошел. Развлекайтесь тут сами, — я легонько шлепнул жену по заднице, но она даже не заметила, так увлечена была членом любовника, да и черт с ней. Я еле добрел до койки и рухнул в тяжёлый тревожный сон.

За ночь я пару раз просыпался. Первый раз мои любовнички негромко разговаривали на кухне, а во второй моя поскуливала и часто дышала, думаю Андрюха снова ее ублажал там, на кухне. Молодые — ненасытные, бля, что уж! И я снова уснул.

Утром меня ждало приятное (традиционное — скрывать не буду) пробуждение. Ленка старательно, смачно и глубоко погружала моя стоячий член в ротик, сплевывая на головку вязкую слюну и заглатывая вновь — все как я люблю! Вину, наверное, заглаживала!

Я притворился спящим и бурно излился ей в рот, толчками отправляя все новые порции вязкой спермы, выстреливая ей в нёбо и на язык. Она сладенько постанывала, и когда я закончил, высосала из ствола оставшееся семя, с которым немного поигралась, сплевывая тоненькой струйкой на головку и вновь облизывая ее (я наблюдал это сквозь щелки прикрытых глаз). Наигравшись, она все до капли проглотила, облизав член почти досуха, и переместилась на яички, взяв их в ротик, посасывая и перекатывая языком.

Я перестал притворяться и открыв глаза, молча с интересном наблюдал за ней, однако она так увлеклась, что заметила мое пробуждение лишь несколько минут спустя.

— Доброе утро! — улыбнулась она!

— Доброе! — ответил я потягиваясь.

— Как спалось?

— Хреново! Соседи пол ночи трахались, спать мешали! — съязвил я, намекая на Ленку с Андреем.

— Ну Стааааас! Не сердиииись! — надула она губки, потупив взор. — Я ошиблась. Оступилась. С кем не бывает. Можно подумать ты в своих рейсах мне ни разу ни с кем не изменял!

— Я ни разу тебе не палился, вот в чем разница!Сечешь?
— Стас? Что теперь будет? После вчерашнего? После всего? Ты бросишь меня? — в глазах ее были слезы… или просто хорошая женская игра на публику.

— Не дождешься! — улыбнулся я! — Пусть вчерашнее послужит тебе уроком! А заодно и сюрпризом. Ты ведь давно меня подбивала на МЖМ, вот и сбылась твоя мечта, бля! А ну иди сюда! — я похлопал по матрасу около себя и она послушно переползла ко мне.

Намотав ее густые волосы на кулак я долго смотрел не мигая ей прямо в глаза, а потом поцеловал в мокрые губы.

Налобызавшись и тяжело дыша, я оттащил ее голову легонько за волосы и сказал:

— Анал хочу!

Моя не очень охотно дает мне в попку, но тут она вроде как должна была загладить вину, и я не упустил шанс воспользоваться этим.

Она ту же послушно соскочила с кровати, присела над прикроватной тумбочкой и выдвинула ящик. Выудив оттуда тубу с анальным лубрикатом и темно фиолетовый дилдо она протянула их мне, а сама приняла соответствующую коленно-локтевую позу, повернувшись ко мне попкой. Процесс подготовки занимал определенной время, но ее тугую дырочку мы использовали нечасто, и чтобы не было никому дискомфорта — я сначала разминал ее пальчиком, затем аккуратно вводил в нее дилдо и мастурбировал ее попку этой силиконовой штукой, ну а потом уже беспрепятственно мог проникнуть в эту тесную дырочку членом.

Секс был на высоте, но я все равно остался не удовлетворён — морально. Чего-то мне не хватало. Может нужно было расквасить рожу вчера этому Андрею да и дело с концом, ну своей бы тоже трындюлей надавал, глядишь, нах, все бы по своим местам устаканилось. А теперь вот, вроде бы моя она, а вроде и не моя, бля. И время упущено — после драки-то кулачищами не размахивают.

Но если признаться себе честно, мне смущало вовсе не это! Мне снова хотелось разделить жену с другим парнем, и Андрей была вполне подходящая кандидатура, не лох какой-то, нормальный мужик вроде с виду-то. Тут меня осенила одна вовсе безумная идея.

— Лен? — позвал я. — Лена? — пришлось перекрикивать шум работающего фена.

Шум стих и через миг в дверном проеме появилась ее смазливая мордашка.

— Звал, Стас?

— Собирайся, поедем!

— Куда? Мы же не завтракали еще.

— И Андрюхе своему позвони!

— Андрею? Зачем? Что ты заду…

— Звони, скажи скоро в гости к ним приедем, — нетерпеливо перебил я ее на полуслове.

— К ним? Ты что? Стас, зачем? Ты с ума сошел? Я же пообещала, что мы больше…

— Разве я просил у тебя это обещание?

— То есть. В смысле. Как это? — она хлопала своими небесными глазками куклы Барби и недоумевающе глазела на меня.

— Так это! — отрезал я. — Звони говорю!

— Но Стас, зачем к ним. Там ведь его жена. Она ни о чем не знает. Зачем ты…

— Вот и расскажете ей все! Это ведь несправедливо! Мы трое знаем, а она нет? Не по честному получается как-то.

— Ты с ума сошел! Зачем ты так?

— Не ссы! Сказал звони! Твое дело малое, усекла? — она замешкалась. — Ну! — прикрикнул я на нее.

Смахнув с щек прыснувшие на них слезы она резко развернулась и ушла в соседнюю комнату. Спустя полминуты она приглушенно разговаривала по телефону.

Андрей с супругой жили в старом городе, занимали полдома с мансардой и небольшим участком, усеянным разноцветными яркими цветами. Сам Андрей, встретивший нас у калитки, был напряжен и немногословен. Он крепко пожал мне руку и молча ушел в дом.

— Скажем, что Вы раньше вместе работали? — умоляя глазами, прошептала Ленка. — Такая повесть, а?

— Не повесть, а легенда! — я покачал головой, — поглядим, бля!

— Ну Стас… , — начала было канючить моя благоверная, но я ответить ей не успел, потому как появилась супруга Андрея.

— Здравствуйте! — вежливо поздоровалась женщина, вышедшая на крыльцо.

Думаю, она была на пару лет моложе меня и гор-рраздо старше Андрюхи, хотя выглядела очень миловидно, свежо и интересно. Среднего роста, крепкого телосложения — не полная, но и без излишней стройности. Слегка волнистые каштановые волосы спадают до середины плеч, на щеках ямочки от улыбки, большие каре-зеленые глаза смотрят приветливо и с интересом. Косметики на лице нет (или так искусно нанесена, что я просто не заметил), но, признаться, она и не нужна. Открытое летнее платье-сарафан с глубоким декольте подчеркивает упругую грудь, рвущуюся наружу. На шее тонкая золотая цепочка с крестиком. Голос у нее низкий, глубокий и певучий.

— Добрый день! — улыбнулся я своей лучшей улыбкой, на которую был способен со своей бармалейской физиономией! — Прекрасная хозяйка вполне соответствует такому прекрасному и ухоженному дому.

— Спасибо! — смутилась женщина. — Но боюсь в большинстве своем это Андрея заслуга. Он очень помогает во всем.

— Я — Стас, и моя супруга Елена. — галантно представил я нас обоих, моя только молча лупала кукольными глазками и нервно сглатывала. Ну, еще бы, бля, нос к носу с женой любовника столкнуться. Если до ма́хача дойдет, то весовые категории явно не в пользу Ленки.

— Очень приятно! А я Алла. Или просто Аля.

— Не встречал такого имени, только в книгах!

— Любите читать?

— Скорее вынужден! Я — моряк. А в море развлечений немного, только за книгой и коротаешь время.

Я с интересном и открыто смотрел Алле в лицо, и как-то с первых слов погружался в нее. Знаешь, когда ты с первых слов понимаешь, что это твой человек. Но тут появился Андрюха с не очень веселой миной и стопкой пластмассовых садовых стульев.

Стол накрывали на улице, под старой коряволапой яблоней.

Моя ушла с Аллой на кухню помогать. Андрюха принес бутылку и стопки, разлил ледяную водку.

— Зачем вы приехали? — негромко процедил он.

— Да так, соскучились! Познакомиться вот с твоей женой захотел.

— Познакомился?

— Познакомился. Да ты не горячись! Посидим немного и уедем. Я твоей семье зла не желаю!

— Ну-ну! — ухмыльнулся он и выпил не чокаясь!

Я хотел было ему всякого наговорить, но потом просто махнул рукой. Сам ведь мог в его шкуре оказаться, я ж тоже не святой, и как бы я себя вел в такой ситуации… А черт его знает, бля!

Сидели негромко. На столе нехитрые закуски. Мы втроем пили водку (моя ее с соком смешивает навроде коктейля и цедит), Алла пила вино белое, да и то, скорее для вежливости — пригубит и отставляет.

Я был в настроении, в ударе, Алла весело заливалась над моими шутками, Любовнички же наши сидели угрюмые и с кислыми минами. Ну а я что, нах, за удовольствие платить надо, а им цена невысокая досталась, на акцию, так сказать нарвались, на распродажу! Вот и пусть не бесятся!

Первый Андрюха не вытерпел. Встал из-за стола, извинился, сказав, что у него заказ на сегодня, после пяти клиент к нему приедет (а он автослесарем на дому у себя работает) — и ушел к себе в гараж.

Затем и моя начала причитать, мол, поехали домой, голова разболелась! А мне, бля, так ехать никуда неохота, как-то уютно мне показалось в компании Аллы, а дома, что… опять мысли, что жена мне рога наставляет? Это ж я бухать начну, а вот это, нах, и вовсе, товарищи, чревато.

Спасла Алла, предложив прилечь Ленке отдохнуть на веранде, и сделала ей мятный чай, сказав, что он любую боль снимет!

Моя поняла, что ехать я пока никуда не собираюсь и обреченно отправилась на веранду. Тут минут через пять и Андрей в дом юркнул — мож по нужде там, или руки вымыть, а может и с иной целью. Ну, ничего, пущай шушукаются!

Я водки налил, Алле вина освежил и предложил тост за дружбу. К моему удивлению Алла выпила до дна и утерев рот тыльной стороной ладони, смачно захрустела свежим огурчиком.

— А Вы, Алла, в этом районе, значит, всю свою жизнь прожили?

— Так и есть. Как новорожденной в этот дом принесли из роддома, так живу по сей день.

— А, Эээ?… — я хотел уже спросить о детях, но понял, что нетактично как-то и махнул рукой. — Да ладно, я так. Красивый тут район. Я редко тут бываю, мы-то в микрорайоне в новостройках живем. А может, Алла, Вы мне экскурсию по району проведете? Что за столом рассиживать?
Она внимательно, но с улыбкой посмотрела мне в лицо и кивнула:

— Я не против. Андрею скажу только и переоденусь.

— А Лена пусть отдыхает там. Я вчера только с рейса, так она вчера умаялась.

— Дадите мне на сборы 10 минут?

— Это рекордно-короткий срок. Скоротаю пока время в теньке.

Алла удалилась, покачивая крутыми бедрами и геометрически правильными полушариями ягодиц, а я задумался, как быть дальше.

Признаться, когда мы ехали к Андрюхе, у меня не было никакого четкого плана, просто сумбурный шаг — так уж я привык. Главное ввязаться в бой, а там по обстановке!… Вот теперь и предстояло по обстановке все это разрулить.

Мне хотелось посмотреть, что у него за жена, если он ей изменяет. И хотелось посмотреть, как будут вести себя любовнички. В итоге — посмотрел, а что дальше?

В задумчивости я машинально плеснул себе водки и закрутив на бутылке пробку, потянулся было к рюмке, как услышал за спиной голос Аллы:

— Пьете в одиночестве? Тогда уж и мне для компании плесните.

Я вздрогнул от неожиданности и обернулся. Алла (которая и без того казалась мне весьма симпатичной) преобразилась еще больше. Волосы убраны в пышный хвост, но небольшие волнистые пряди обрамляют овал лица, немного подкрашены ресницы и бледно-розовый блеск на губах. Одета просто, но впечатляюще. Короткая джинсовая юбка, обнажающая до середины бедра упругие гладкие ножки светло-кофейного цвета, открытые туфли на квадратном каблуке, ухоженные ноготки на ногах, покрытые неярким лаком, белая футболка с надписью SURFING на высокой упругой груди. На предплечье дамская сумочка. Все это дополняет ненавязчивый тонкий аромат летнего парфюма.

Я плеснул ей вина, встал и мы чокнувшись выпили!

— За хозяйку! — запоздало произнес я.

— Спасибо — одними губами ответила Алла, и мне страстно захотелось вцепиться в эти губы долгим, жадным поцелуем.

Алла пошла по дорожке к калитке, я двинулся следом. Боковым зрением я заметил какое-то движение и обернувшись, увидел, что у окна веранды стоит Ленка и буравит меня презрительным взглядом.

Мы шли с Аллой вдоль потрескавшегося от времени тротуара, по узкой улочке частного сектора. Современные особняки чередовались там с жалкими лачугами, многие дворики были ухожены и благоухали цветами, иные были просто вычурны, а прочие запущены.

Как-то так, как само собой разумеющееся, Алла взяла меня под руку, мы неспешно шагали по тенистой стороне улицы, и я внимательно слушал ее рассказы.

— … там была школа, я в ней училась до 8 класса, а потом школу закрыли и я уже в город ездила, доучиваться. А в том доме священник живет, местный батюшка. Небедно довольно живет, судя по обстановке…

Алла, рассказывала, а я внутренне трепетал, ощущая ее близость, горячесть ее кожи, когда она держала меня под руку, мой локоть прижимался сбоку к ее груди. Гулко стукали об асфальт каблуки ее туфель.

Пройдя несколько кварталов мы свернули на неприметную тропинку и очутились в старом сквере. Солнце слабо пробивалось сквозь густые кроны деревьев, раскрашивая пешеходные тропинки яркими солнечными пятнами. Мы миновали пруд, поросший по краям кувшинками и присели на деревянную лавочку, потемневшую от времени.

Алла вытянула стройные ножки, и я не отказал себе в удовольствии полюбоваться ими. А затем и вовсе расстегнула ремешки на обуви и разулась, поставив босые ступни поверх туфель. На светлой коже отпечатались вмятинки от ремешков и мне жутко захотелось провести по ним пальцами. Я с силой отогнал из головы эти настырные мысли.

Мы ненадолго умолкли, глядя на зеленую воду пруда и одинокого лебедя, окунающего в воду голову у противоположного берега.

— Мне показалось, Вы хотите что-то сказать. Или о чем-то поговорить? Наедине… — произнесла Алла, бросив на меня быстрый взгляд.

Отпираться и выдумывать на ходу лживые версии не хотелось, Алла оказалась довольно проницательной женщиной. Но и что сказать я тоже не знал. Поэтому продолжал сидеть, облокотившись спиной, скрестив руки на груди и пялясь в желтые кувшинку на пруду.

Я уже пожалел, что затеял все это, но назад пути не было.

Алла, так и не дождавшись от меня никакого ответа сама начала рассказывать.

— Я стала замечать это месяцев восемь назад. Он стал другим. Не скажу, что стал хуже относиться или стал менее внимательным. Но что-то поменялось. Не смогу объяснить, женская интуиция — знаете? Я поняла, что у него есть другая. Но… впрочем, важно ли это! Мне не в чем его упрекнуть, хотя, конечно, мне небезразлично все это, но опускаться до слежки и какой-то проверки я не хочу. Если он так делает, значит ему это нужно. Значит чего-то во мне ему недостает. А мои скандалы и обиды ведь все равно ни к чему хорошему не приведут… Но вот зачем Вы приехали сегодня к нам — это для меня загадка. Уверена, что это была Ваша идея, но зачем? Вас — мужчин и Ваши поступки порой очень сложно понять. Что Вы хотели увидеть? Провести очную ставку? Устроить прилюдные разборки? Или это была такая проверка для Вашей жены? Я не пойму Вас. И раз уж все всё знают, что будет теперь? Что дальше?

— Будем дружить семьям, — ляпнул я наобум, первое, что пришло в голову.

Она внимательно посмотрела на меня колдовскими темно-зелеными глазами, в уголках которых собрались морщинки, губы ее дрогнули в едва заметной улыбке и она вдруг сказала:

— Жаль, что я не встретила тебя лет десять назад, Стас! — и немного помолчав, и глядя уже не на меня, а в сторону пруда тихо спросила. — И что ты хочешь, отомстить им?

— Нет! У меня была такая мысль, когда ехал сюда, но потом, знаешь… Мне не нужна такая месть! Я просто хочу тебя! Как женщину. Без иных подтекстов, чьих-то обид и ответных шагов.

Она вновь с интересом воззрилась на меня, на ее губах блуждала легкая улыбка, а в глазах искрились едва заметные звездочки. Я притянул ее и поцеловал в губы, а она в тот же миг обвила мою шею руками и тесно прижалась, не размыкая уст.

Ее губы были мягкие и какие-то живые, трепетные, чувственные. Целовать их оказалось одно удовольствие, и мы сидели на забытой лавочке полузаброшеного сквера и словно подростки лобызали друг друга. Алла забралась на лавочку с ногами и я поглаживал теплую кожу ее бедер и коленей. В ней просыпалось и нарастало желание. Что-то еще сдерживало ее, но эта невидимая преграда, с каждой секундой таяла под натиском разгорающегося огня страсти.

Она полулежала на моем предплечье и смотрела на меня снизу вверх. Припухшие от поцелуев губы алели на бледном лице, и мне хотелось склоняться, чтоб снова и снова целовать их.

— Ты сказал, что хочешь меня? Я бы не согласилась, если бы ты действительно просто хотел отомстить, но я чувствую, у тебя действительно нет такого желания. Это не месть! И я… я готова пойти с тобой. Куда ты позовешь! Я — согласна! — последние слова она уже произнесла шепотом, и ее опустившиеся веки были сигналом для моих новых поцелуев!

Нехотя разорвав связь наших губ, и утерев влажный рот тыльной ладонью, я поднялся с лавочки (незаметно для Аллы поправив в брюках напрягшийся член) и вытащил из кармана мобильный.

— Один звонок и поедем.

Когда я приложил телефон к уху, Алла посмотрела на меня так, словно хотела что-то спросить, но на том конце провода ответили и я отвернулся.

— Как у Вас дела? — спросил я без приветствия. И услышав не очень-то радостный голос, продолжил, — ладно, отдыхайте. Даю тебе до завтра увольнительную. Вернусь после обеда и… на дачу не суйся! Что? Она со мной. Это не важно! Все! Завтра поговорим! Андрюхе передай, чтоб не переживал!

Я отключил телефон, повернулся к Алле и посмотрев ей прямо в глаза улыбнулся.

— Едем?

— Ты все уладил?

— Думаю да!

Она пожала плечами и застегнув ремешки на туфлях встала с лавочки, одергивая юбку.
Через семь с половиной минут спустя мы садились в такси на смежной улице. Пересекая тот самый парк я не сдержался и еще раз притянул-прижал к себе Аллу и зарывшись в ее волосы вновь припал к ее трепещущим губам!

Вообще я не хотел везти ее к себе домой, да и план другой был, но нужно было взять ключи от эллинга, куда я хотел поехать с Аллой, а на улице ее одну оставлять не захотел.

Войдя, она с интересом разглядывала наше с Леной скромное жилье.

Пройдя мимо спальни она задержалась, и глянула на широкую кровать. Думаю ее подмывало сказать «Так вот где все это происходило?», но она сдержалась. Быстро покидав необходимые вещи в армейский баул, и взяв ключи, мы вышли из квартиры, пробыв там едва более пяти минут.

Солнце стояло в зените, и пока я жарил сочные стейки на решетке, расположившись в прямоугольнике тени от моего эллинга, Алла нежилась в шезлонге на послеобеденном солнышке. Конечно, купальника у нее с собой не было, поэтому она была в черных трусиках и своей светлой футболке, подвернутой на плотном животике до самой груди, а я не сводил своих глаз от ее обалденных ног, согнутых в коленях с матово поблескивающей загорелой кожей. Все это было уже после того как мы… ээээ… приехали. А за полтора часа до этого, едва я отпер дверь помещения и мы вошли в темную прохладу эллинга, как накинулись друг на друга словно изголодавшиеся вампиры. Я не ожидал такой прыти от женщины, на первый взгляд (у них дома) показавшейся мне неспешной, размеренной. Спонтанный порыв представлял ее в совсем ином свете, и я глядел на нее теперь под другим углом, под иным ракурсом, как на хищницу, до поры до времени спящую в теле спокойной женщины.

Там она притянула меня к себе и привстав на цыпочки, обвила руками шею так как была почти на голову ниже. Наши губы слепо соприкоснулись, приоткрылись и буквально влились друг в друга, как расплавленный металл! Мои руки сжимали ее груди, упругие, словно волейбольный мяч, от чего она вздрагивала и довольно урчала, а под плотной шероховатой тканью кружевного бюстгальтера я ощущал, как наливаются, набухают, твердеют ее упругие соски. Так же на ощупь я пополз ладонями по бедрам, по этой гладкой как горячий лед коже, задирая кверху грубую ткань джинсовой юбки. Алла тем временем без суеты, довольно умело расстегнула на мне ремень и пуговицы-болты на шортах и стянула их вместе с плавками до колен.

— Войди в меня, — прорычала она, на миг прервав поцелуй, и вновь впившись в мои губы с удвоенной силой. Я бросил затею нащупать резинку ее трусиков, чтоб стянуть их, но и привычно рвать белье напополам, как делаю с женой, тоже пока не решился, поэтому просто подсадил девушку за бедра на тумбу, которая как раз упиралась в ее ягодицы и едва она раздвинула ноги, я сдвинул ее трусики в бок. Пальцы скользнули во влажной плоти половых губ, и я с удивлением отметил жесткие, как мелкая леска завитки на лобке — я уже и забыл, когда у меня в последний раз была девушка с волосиками там, и это еще больше усилило мое желание. Член слепо ткнулся в край бедра, но тут же проскользнул в нужную норку и был буквально втянут внутрь ее вагиной, будто помпой. Черт… и вот это непередаваемое ощущение, когда он погружается в томную скользкую норку, и со всех сторон его обволакивает горячая трепетная плоть, и это обоюдное наслаждение, мммм, обожаю это, бля!

Алла вцепилась крепкими ручками выше моих локтей и с каждой фрикцией подавалась мне навстречу. Под тяжестью ее тела тумбочка скрипела и шаталась, а Алла громко и томно постанывала, едва член погружался в нее, достигая темных глубин влагалища, насколько позволяла длина.

— В меня… только… не конч… а-ай! Да? Лад-дно-о? Скажи… когда?..

— Уже, почти.

— Вынимай!

Я послушно выскользнул, ожидая, что она возьмет в ротик, но девушка вместо этого подалась назад, усевшись поглубже на тумбочку, прижалась спиной к стене и подтянув бедра на себя, зажала член между согнутых колен. От ее быстрых трущих движений плотно сомкнутыми коленями я и кончил зажатый ее упругими гладкими ножками. Для меня это было в новинку и оргазм был ничуть не хуже, как если бы я кончил в нее или в ротик.

— Отстрелялся? — Лукавым шепотом спросила она, сверкая в полутьме белками глаз. — Понравилось?!

— Да! — только и смог я выдохнуть переводя дух. — А ты?

— Что?

— Кончила?

— Ухх! — Она прикрыла глаза и откинулась головой к стене. — Да! Два раза подряд. Пока ты меня шпиговал. Давненько такого не было.

В воздухе витал запах спермы, пота наших тел, ее парфюма — запах секса.

— Мне нужно ножки помыть. Да и не только. Можно здесь где-то? — Говоря это Алла раздвинула бедра и взяла уже опадающий влажный член в руку. Другой рукой она провела между колен, где, как можно догадаться поблескивали потеки спермы, и поднеся ее к лицу с интересом понюхала, а потом облизала влажные пальцы. От этого член у меня вновь стал набухать в женской руке, на что Алла сказала скорее ему, чем мне:

— Не сейчас, дружок. Не все сразу!

Стейки в тот вечер удался на славу, как и вечер, ночь и половина следующего дня. Мы не вылезали из постели и трахались, едва появлялись силы. А еще очень много разговаривали, как это обычно бывает у людей, близких по душе: обо всем и ни о чем. Мы купались в заливе голышом под луной и я нежно любил ее на берегу на мокром полотенце. Мы вместе мылись в душе. Вместе ели фрукты прямо в постели, облизывая друг другу влажные пальцы и прихлебывая кислое шампанское прямо из бутылки…

Прошло уже пару дней, после той поездки. Моя вроде поначалу делала вид, что дуется, но это скорее для порядку. Пару раз съездили в магазины на ее любимый шоппинг, потратили денежку. Посидели в ресторане и как будто, бля, ничего и не было. И вот мы уже выпроваживаем из квартиры шумную компанию наших друзей и я еще щелкаю замком двери в прихожей, а Ленка уже стягивает с меня джинсы и берет в рот, прямо там же в прихожей и ублажает, пока не заливаю ёе барби-мордашку густыми спермо-сливками.

Тем не менее я продолжал думать об Алле и встрече с ней. Все искал повод сплавить Ленку к Андрюхе, а самому вновь пригласить мою новую подружку с пушистой писечкой. Думаю и Ленка сохла по своему Андрею, но об этом мы больше не заводили разговор, хотя поговорить и следовало.

Алла позвонила мне в четверг вечером, Ленка как раз хлопотала на кухне а я сидел с пивом у телика.

— Привет! Ты можешь говорить — скороговоркой и как-то испуганно, негромко спросила она.

— Привет! Да, могу, — обрадовался я, но на автомате оглянулся на дверь в комнату: нет ли там Ленки.

— Знаешь, не думала, что скажу это, да и не следовала бы, но… я скучаю.

— Слушай, у меня так же, я о тебе думаю, хотя… знаешь…

Мы оба ненадолго замолчали не зная что сказать.

— Мы еще сможем увидеться. Хоть ненадолго? — первая нарушила Алла молчание.

— Я думаю да. Я вот ищу варианты и кажется есть одна задумка. Ты… эээ… Вы на выходных свободны?

— Мы?

— Ага.

— Да вроде ничего такого на планировали.

— Ну вот и не планируйте. Есть идея! Завтра позвоню, хорошо?

— Ну… ладно!

— Пока тогда?

— До свидания!

Вечером того же дня мы лежали валетом на широкой кровати перед теликом. Ленка была коротеньком халатике, положив ступни мне на член и тыкала в мобильный, а я смотрел какой-то фильм, иногда бросая на нее задумчивый взгляд. Наконец я не вытерпел:

— Лен? Чё там? Андрюхе что ли пишешь смски?

Она лишь бросила на меня лукавый взгляд из-под длинных ресниц и слегка улыбнулась. Дописав сообщение, она отложила телефон и распахнула полы своего коротенького халатика. Раздвинула ножки, сверкнув розовой полосочкой промежности и промяукала тоненьким голоском:

— Стасик? А полижи меня вот здесь, пожа-айлуста! — И при этом ее тоненький пальчик с бирюзовым маникюром лег аккурат на клитор.

От такого я никогда не откатывался и уже через миг лобызал ее широким языком вдоль губ, вокруг клитора, проникал внутрь влагалища и опускался ниже, лаская кончиком языка маленький орешек ее ануса.
Позже, когда я насаживал жену на свой кол, намотав ее волосы на кулак и придавив ее своим телом я вдруг замер и спросил:

— Лен? Давай в субботу на яхте покатаемся. Порыбачим. Друзей позовем?

— Валерку с Нелей что ли? — она тяжело дышала и была недовольна, что я прекратил акт в самом разгаре, губы ее были припухлые и на груди сверкали капельки пота.

— Нет, не их, — я пару раз вошел и вышел резкими глубокими рывками, от чего она застонала и подалась было навстречу.

— А… а кого?

— Друзей. — Негромко сказал я, начиная медленные короткие маятникообразные движения в ней, от чего она вся заерзала, так как это прием для нее был настоящей пыткой страстью.

— Каких? — выдохнула она.

— Андрюху с Аллой! — И я резко вошел на всю глубину.

— Ой! — Только и смогла она ответить.

— Ты ведь не против? — я начал наращивать темп.

— Я не зна-а-а-ю! У-у! — она цеплялась тонкими пальцами в простынь, сминая ее и мотала головой из стороны в сторону, находясь в предоргазменном состоянии и я позволил ей его получить! Ленины икры крепко сомкнулись у меня за спиной и она вжимала меня в себя, пытаясь погрузить еще глубже. Несколькими толчками я и сам дошел до конца, изливаясь горячим семенем глубоко в лоно жены.

И не успела она прийти в себя после оргазма, еще сжимая во влажных пальчиках твердые сосочки, как я подтолкнул к ней смартфон со словами:

— Звони Андрюхе. Пусть приезжают к десяти в эллинг в субботу. Ну что с собой брать сама знаешь. По пляжному короче. — Ноги ее разомкнулись у меня за спиной и я выскользнул из теплой норки, следом из которой брызнули капельки спермы, и тут же впитались в простынь.

Пока Лена набирала номер, я отправился в душ.

Погодка в ту субботу выдалась отменная, как и положено в конце августа, тепло, без изнуряющей жары, с легким освежающим ветром. Наши новоиспеченные друзья и любовники в одном лице приехали без опозданий. Правда Андрюха был как всегда угрюм, а Алла застенчива (стыдливо прятала глаза и старалась ни с кем не встречаться взглядом). Моя же Ленка напротив с утра была на подъеме, металась стрекозой и без умолку все время что-то лопотала. Я… ну а что я, а я как обычно… Андрюха был в шортах и майке борцовке, как и я, только на мне была белая футболка. Ленка тоже в коротеньких шортиках из серии «вся жопа напоказ» и топике с пропирсингованным пупком, а на Алле был легкий короткий сарафан из под которого на шее видны были завязки от сиреневого купальника. Все погрузись на яхту, за которой я присматривал последние пять лет, с тех пор, как ее хозяин — мой одноклассник Лева Бергман переехал в Израиль на ПМЖ, и отчалили в тягостном молчании.

Но я то знаю, бля, как развеселить народ. Надел капитанскую фуражку, сунул в зубы нераскуренную трубку, а на глаза очки-авиаторы, сам встал за штурвал. Пока выходили в залив озадачил Ленку накрыть небольшой фуршет. Вино, фрукты, шампанское, чача (все еще та же самая). А потом, отойдя достаточно от берега, я бросил якорь и присоединился к компании. Выпили по первой, по второй, по третьей, там и разговор понемногу затеплился. И у Аллы глазки заблестели (исподтишка все на меня глядит), и Андрюха оттаял, и моя (поняла, сучка, что я затеял) — вроде как невзначай, то руки его коснется, когда мимо проходит, то о плечо обопрется, когда ей тарелку передают. Ну и я решил не теряться, правда пока не так уж прилюдно. Дождался, пока все разбредутся, приблизился к Алле (она в тот момент у борта стояла и на залив глядела) положил ладонь на ее ягодицу и легонько сжал. Алла поняла что это я не поворачивая головы, только на миг прижалась ко мне боком, да головой провела по уху и так же мягко отстранилась.

— Нравится тебе?

Тут она впервые на все время посмотрела мне прямо в глаза.

— Очень! — произнесла одними лишь губами. — Спасибо тебе!

Потом мы с Андрюхой отправились на нос спиннинг закидывать а девчонки разложив на корме шезлонги оголились до купальником и легли загорать (и даже слышно было как лениво перекидываются редкими фразами). У нас с Андрюхой тоже не сказать что особо разговор клеился, но все же не молчали, общие тему нашли: о спорте, о службе, о работе. И улов пошел, на уху почти наловили, как я услышал уже не очень стройный голос Ленки:

— Мальчики? А мы хотим коктейль из мартини.

— Пойдем, пригубим. — позвал я Андрея и мы отправились в женское общество.

Для коктейля нужен был лед, да и у нас графинчик с чачей уже подходил к концу, поэтому я отправился на небольшой камбуз в холодильник, а когда вернулся то в первый миг просто подохуел (даже наверное рот раскрыл): Ленка сидела у Андрея на коленях, обнимая его за шею и что-то весело щебетала ему на ухо, да и он не растерялся, приобнял ее за талию. Только сейчас я заметил, что Алла стоит в нескольких шагах и тоже с недоразумением взирает на них (наверное она зачем-то отходила к корме, пока я спускался в каюту и ошеломились мы с ней увиденным почти одновременно). Я поймал взгляд Аллы и улыбнулся сделав знак рукой: мол, кто-то ведь должен был начинать.

Мы с Аллой одновременно подошли к столу, как будто и ничего не произошло. Ленка на миг смолкла, но Андрей что-то спросил у нее и она продолжила негромко щебетать ему на ухо.

Я сделал коктейли из мартини, разлил чачу, Алла тем временем нарезала арбуз и дыню (я еще с опаской посмотрел на огромный нож в ее руках, но к счастью она достаточно хорошо владела собой).

— Ну, товарищи! — провозгласил я начало тоста, и наши голубки даже отстранились друг от друга обратив все внимание на меня! — предлагаю выпить за Вас, за нас и за всех нас (я обвел рюмкой всю компанию). За этот чудесный день! За погоду и за уху которую скоро будем варить!

Все чокаясь закричали Ура!

Я жадно кусал дольки сочной дыни, сок которой стекал пор рукам когда Алла наклонилась ко мне и шепнула:

— Покажешь мне где здесь туалет?

Я кивнул, отложив недоеденную дольку, бросил быстрый взгляд на наших голубков, которые были настолько заняты собой, что даже не обратили внимания на наш уход и пошел за Аллой к трапу ведущему в каюты, пялясь на ее переливающиеся упругие ягодицы и думая, как лучше затащить ее в постель, после того, ка она выйдет из уборной. Тем временем миновав трап и спустившись вниз Алла резко развернулась ко мне, и прижав к стенке прижалась находя мои губы своими влажными губами со сладким арбузным привкусом. Ее рука метнулась вниз ухватив меня между ног и больно сжав, что я аж присел, а она поняла, что переусердствовала тут же ослабила хват и оторвавшись от моих губ шепнула:

— Прости!

— Идем! — я схватил ее за руку и потянул в каюту. Прихваченные ей яички приятно ныли и хотелось скорее их разрядить.

Я повалил Аллу на постель, от чего сарафан распахнулся оголяя ее полные ножки и сиреневые купальные трусики. Я навалился сверху пытаясь одно рукой стянуть с нее трусики, другой расстегнуть свои шорты а лицом уткнувшись между упругих полушарий грудей.

— Подожди! Не спеши! Чудной ты. Успеем. — шептала Алла отводя мои вслепую путающиеся руки, которые только мешали ей. Наконец я понял что она хочет и перестал ей мешать и она тут же стянула плавки и широко раздвинула ножки. Тело под трусиками белело незагорелой кожей, а на лобке призывно темнели завитушки волос, однако вдоль губок волосики были удалены. Ну а ниже алела ненасытная и голодная, призывающая меня словно причудливая фантастическая медуза ее сочная пухлая вульва. Я склонился и провел языком по нежной коралловой плоти. Алла затрепетала и притянула мою голову теснее к промежности. Я долго ласкал ее языком, проделывая такие финты, которые ей и не снились, она лишь извивалась подо мной томно постанывая и хватая ртом воздух. Затем ее руки призывно потянули меня наверх и я быстро освободившись от шорт и плавок буквально воткнулся в нее своим вздыбленным штырем…

Мы вернулись на палубу наверное минут через пятнадцать, а может нас не было и чуточку дольше. Оба раскрасневшиеся, покрытые испариной, Алла впопыхах приводила в порядок волосы. Но как я заметил, Ленка с Андрюхой тоже зря времени не теряли: она спешно поправила лямку купальника, а у него, когда она встал с шезлонга, под шортами внушительно бугрился эрегированный член. Ничего не сказав, они отправились в каюту, а мы расположились в шезлонгах, я лишь мысленно махнул рукой на смятую постель, которую мы так и не поправили после торопливых утех.

Мы с Аллой чокнулись и выпили, заедая кусочками арбуза, которые она вырезала ножом из большой дольки и давала мне их в рот своими руками.

А потом свечерело, и мы сидели вчетвером за столом на дрейфующей яхте, ели вкусную наваристую уху (признаюсь, после секса жутко разыгрался аппетит), пили алкоголь, были и всякие прочие закуски, в основном овощи и морепродукты. Мы оживленно болтали и как-то, как само собой разумеющееся, разбились на пары: я с Аллой, а Андрей с Леной. Теперь мы уже не стеснялись наших «законных» и вполне открыто флиртовали и ворковали со своими любовниками. Когда стало смеркаться, мы побросали одежду на пол и попрыгали за борт полностью голые, совсем не стесняясь друг друга. И плавая в теплой и темной воде залива девчонки затеяли одну игру: они поочередно подплывали к нам обвивая руками и ногами и целовали в губы. Я целовался то с Аллой, то с Леной ощущая как разнятся их губы, их поцелуи и даже вкус их слюны. Мой вздыбленный член то упирался в гладкий лобок Лены, то терся о шершавые волоски Аллы и я жаждал их обеих, как, думаю и Андрей. А под конец нашего купания Ленка вдруг прижалась к Алле и принялась целовать ее в губы, а та не сплоховала и с радостью подхватила эту инициативу.

Когда взобрались на борт, то как всегда находчивая Ленка прокричала:

— Мы варили и накрывали на стол, а Вы мальчики убирайте. А мы в душ.

И едва мы с Андрюхой успели что-нибудь возразить, как Ленка уже тянула хохочущую Аллу за собой вниз, в каюты. Оставалось только догадываться, чем именно они будут заниматься в душе, поэтому мы по быстрому прибрали со стола, и выпив по рюмке поспешили было уже вслед за девчонками, как Андрюха задержал меня около трапа:

— Стас?

— А?

— Я, это… с одной стороны вроде как извиниться хотел, что так все получилось… ну тогда, а с другой стороны, вроде теперь вон как все обернулось… и я… ты на нас с Ленкой зла не держи.

— Тогда и ты на нас с Аллой не держи! И береги ее! Обеих их береги, пока меня на берегу нету!

Мы крепко пожали друг другу руки и спешно побежали вниз.

Алла с Леной лежали в постели и нежно ласкались целуясь, обвивая тела друг друга руками и ногами и сладко постанывая. Обе были обнажены — они так и не оделись после купания в заливе и ни в какой душ они не пошли тоже, и теперь мы жадно наблюдали в открытом проеме как наши жены предаются срасти без нас.

Меня эта сцена жутко завела, да думаю и Андрюху тоже. Я стянул шорты и оставшись без одежды пошлепал босыми ногами к широкой кровати, обойдя ее и прилег со стороны Лены. Андрюха последовал моему примеру и с другой стороны уже пристраивался обнимая свою жену, пока она сочно обсасывала силиконовые губки моей супруги. Мой член ворвался в узенькую дырочку Лены почти одновременно с Андреем, которые резко вошел в Аллу. Теперь наши переплетенные тела напоминали единый организм, пляшущий в едином танце экстаза. Я интенсивно трахал свою жену одновременно встречаясь со взглядом Аллы, которую ублажал ее муж и это было очень волнующее, безумное, интимное чувство…

Вот так, с тех пор мы и дружим семьями, а отношения наши образовали эдакий четырехугольник, но отнюдь без острых углов. Я живу то с Леной, то с Аллой, а когда ухожу в рейс, то думаю они вообще живут втроем!

***

— Анатольич? Дак ты нахера нам эту душещипательную историю сейчас рассказал? Чем она нам именно сейчас-то поможет, в этой ситуации. Попали мы, жизнь на волоске, в трюме заперты, если ты еще не заметил, а ты про баб, бля…

— Да погоди ты, старпом! Я о том, что дома, меня не одна, а целых две бабы ждут! Так что и подыхать мне никак нельзя, в два раза больше нельзя, сечешь? Так вот что я думаю, братцы! Валить надо этих сомалийских пиратов, захватывать у них наше судно и брать курс на родину. Поэтому, морячки-черноморцы, кто со мной подходи ближе, слушай внимательно, план у меня такой…

Смотрите также

Как нас сделали шлюхами

Привет всем! Меня зовут Надя. Мне 28 лет. Я довольно симпатичная, я бы даже сказала, …

 
avatar
Авторизация
*
*
 
Регистрация
*
*
*
*
 
Генерация пароля